.RU

6. КОРОЛЬ ЗОЛОТОГО ЗАЛА - Книга третья



^ 6. КОРОЛЬ ЗОЛОТОГО ЗАЛА

Они ехали в лучах заходящего солнца, ехали в сумерках и в надвигающейся ночи. Когда они наконец остановились и спешились, даже Арагорн выглядел усталым. Гэндальф позволил им отдохнуть лишь несколько часов. Леголас и Гимли спали, Арагорн лежал на спине, вытянувшись во весь рост, но Гэндальф стоял, опираясь на посох и глядя во тьму на восток и на запад. Все молчали, не было ни признака живых существ. Когда они снова встали, небо было затянуто длинными облаками, подгоняемыми холодным ветром. Под холодным лунным светом двинулись они в путь так же быстро, как и днем.

Часы проходили, а они продолжали двигаться. Гимли задремал и упал бы с лошади, если бы Гэндальф не подхватил его и не разбудил. Хасуфель и Арод, усталые, но гордые следовали за своим неутомимым предводителем, серая тень которого была едва видна впереди. Пролетали мили. Луна ушла на западе за облака.

Стало холоднее. Медленно тьма на востоке сменялась серым рассветом. Слева, далеко, над черными стенами Эмин Муила, поднимались красные столбы света. Яркий и чистый, начинался рассвет. Ветер дул вдоль дороги, сгибая траву. Неожиданно Обгоняющий Тень остановился и заржал. Гимли указал вперед.

- Смотрите! - воскликнул он, и они подняли свои усталые глаза. Перед ними возвышались горы мха, увенчанные белыми спорами. Травянистая местность поднималась холмами и опускалась в туманные темные долины, не тронутые заревом рассвета. По ним пролегал их путь в сердце гор. Сразу перед ними широко открывалась долина среди холмов. В глубине ее они увидели высокий холм с одинокой вершиной; у входа в долину, как часовые, стояли одинаковые холмы. У ног путников, как серебряная нить, извивался ручей. У его истока показались первые лучи солнца.

- Говорите, Леголас! - сказал Гэндальф. - Расскажите нам, что видите перед собой!

Леголас посмотрел вперед, прикрывая глаза от восходящего солнца.

- Я вижу белый ручей, вытекающий из снегов, - сказал он. - Там, где он выходит из тени долины, возвышается к востоку зеленый холм. Ров, мощная стена и колючая изгородь окружает его. За стеной видны крыши домов; в центре на зеленой террасе стоит большой дворец. Мне кажется, что крыша его покрыта золотом. Ее блеск озаряет всю землю. Золотые столбы у входа во дворец. Там стоят люди в блестящих кольчугах; но остальные внутри двора спят.

- Эдорас называется этот двор, - пояснил Гэндальф, - а золотой зал - зовется Исдуселд. Здесь живет Теоден, сын Тенгела, король Марки Рохана. Мы приходим сюда с начинающимся днем. Ясная дорога лежит перед нами. Но ехать нужно осторожно: приближается война, и рохирримы, повелители лошадей не спят, даже если так кажется издали. Не обнажайте оружие, не говорите высокомерных слов, пока мы не окажемся перед троном Теодена.

Утро было ясное, пели птицы, когда путники подъехали к ручью. Он быстро бежал по равнине, поворачивая к подножью холмов и образуя широкую петлю, устремляясь навстречу Энтвошу. Земля была зеленая; по влажным лугам и по травянистым берегам ручья росло множество ив. Через ручей вел брод, подходы к которому были утоптаны лошадьми. Путники миновали его и оказались на ведущей вверх широкой дороге с колеей.

У подножья холма, окруженного стеной, они оказались в тени множества высоких зеленых курганов. На их западных склонах трава была белой, как будто покрытой снегом: среди травы светилось бесчисленное количество маленьких цветов.

- Смотрите! - сказал Гэндальф. - Как прекрасны и ярки глаза травы. Вечными называют их, потому что они цветут круглый год и растут в местах, где лежат мертвые люди. Смотрите: мы пришли к Великим Могилам, где лежат предки Теодена.

- Семь могил слева и девять справа, - сказал Арагорн. - Много поколений сменилось с тех пор, как был построен золотой зал.

- Пятьсот раз с тех пор опадали красные листья в Чернолесье, где мы живем, - сказал Леголас, - хотя для нас это малый промежуток времени.

- Но для всадников Марки это было очень давно, - сказал Арагорн, - для них рассказы о строительстве этого дворца - легенда, теряющаяся в тумане времен. Теперь они называют эту землю своим домом, своей собственностью, и язык их изменился и отличается от языка их северных родственников.

Он тихим голосом запел песню на языке, незнакомом эльфам и гномам; но они слушали, потому что их околдовала суровая мелодия.

- Вероятно, это язык рохирримов, - предположил Леголас, - он похож на эту землю; он богат и обширен, но в то же время жесток и строг, как горы. Но я не понимаю слов, чувствую только печаль, свойственную смертным людям.

- Вот как это звучит на общем языке, - сказал Арагорн, насколько я могу перевести.

Где теперь лошадь и всадник?

Где рог, который трубил когда-то?

Где теперь пламя пылает?

Где волосы, яркие, словно золото?

Где теперь песни арфы?

Где луки, стрелы, шлем и кольчуга?

Где же весна и где жатва?

Где поле, изборожденное плугом?

Они ушли, словно ветер,

Прошедший по полю густой волной.

Они ушли, словно песня,

Как дождь далекий в степи пустой.

Кто может собрать легкий пепел

Давно сгоревшей сосны лесной?

Кто может услышать песню,

За море ушедшую давней весной?

Так говорил давным-давно забытый поэт в Рохане, вспоминая как высок и прекрасен был Эорл Юный, ехавший с севера. Его конь Фолароф, отец лошадей, был крылатый. Так поют люди по вечерам.

С этими словами путники миновали молчаливые могилы. Поднимаясь по извилистой дороге на зеленый склон холма, они подъехали наконец к широкой обветренной стене и воротам Эдораса.

Здесь сидело много воинов в ярких кольчугах. Они вскочили и преградили им путь копьями.

- Стойте, чужеземцы! - воскликнули они на языке Риддермарка, потребовав, чтобы путники сказали им свои имена и дело, которое привело их сюда. В глазах их было удивление, но не было дружелюбия; и они мрачно поглядывали на Гэндальфа.

- Я хорошо понимаю вашу речь, - ответил он им, - но мало кто из чужеземцев умеет это. Почему вы не говорите на общем языке, как это принято на западе, если хотите, чтобы вам ответили?

- Такова воля короля Теодена: никто не должен пройти через эти ворота, если он не знает наш язык и если он не друг нам, - ответил один из стражников. - Мы никого не пропускаем, кроме наших людей и тех, кто пришел из Гондора. Кто вы, одетые так странно и едущие верхом на лошадях, подобных нашим? Никогда не видели мы столь необычных всадников, не видели такого гордого коня, как один из тех, что несут вас. Это один из мааров, если только на наши глаза не наложено заклятие. Говорите, может вы колдуны, шпионы Сарумана, привидения, посланные им? Говорите, и побыстрее!

- Мы не привидения, - ответил Арагорн, - и ваши глаза вас не обманывают. Это ваши собственные лошади, как вы, несомненно, догадались. Но вор-конокрад редко возвращается к конюшне. Вот эти Хасуфель и Арод, данные нам два дня назад Эомером, третьим маршалом Марки. Мы привели их обратно, как и обещали ему. Разве Эомер не вернулся и не предупредил о нашем прибытии?

Беспокойство промелькнуло в глазах всадника-стражника.

- Об Эомере я ничего вам не скажу, - ответил он. - Если то, что вы говорите, правда, тогда король Теоден, несомненно, вас захочет выслушать. Может, ваш приход и не совсем неожиданен. Две ночи назад к нам приходил Змеиный Язык и сказал, что по приказу Теодена ни один чужеземец не должен пройти через ворота.

- Змеиный Язык? - переспросил Гэндальф, пристально вглядываясь в стражника. - Не говорите больше ничего! Но мое дело не к Змеиному Языку, а к самому повелителю Марки. Я тороплюсь. Пошлите сообщить о нашем приходе!

- Глаза Гэндальфа сверкнули.

- Да, я пойду, - медленно ответил тот. - Но какие имена должен я сообщить? И что мне сказать о вас? Вы кажетесь старым и усталым, но я чувствую в вас силу и какую-то власть.

- Ты хорошо видишь и хорошо говоришь, - заметил колдун. - Я Гэндальф. Я вернулся. И смотрите! Я привел назад коня. Это великий Обгоняющий Тень, который не покоряется ничьей руке. А рядом со мной Арагорн, сын Арахорна, потомок королей - он направляется в Мундбург. Здесь также наши товарищи: эльф Леголас и гном Гимли. Иди и скажи своему хозяину, что мы у ворот и хотим поговорить с ним, если он позволит нам пройти в его зал.

- Странные имена вы носите! Но я сообщу их, как вы просите, и узнаю волю своего господина, - сказал стражник. - Подождите здесь немного, и я принесу вам ответ. Но не надейтесь на многое! Сейчас темные дни.

Он быстро ушел, оставив чужеземцев под бдительными взглядами своих товарищей.

Через некоторое время он вернулся.

- Следуйте за мной! - сказал он. - Теоден разрешил вам войти; но любое оружие, которое у вас есть, будь это просто посох, вы должны оставить у порога. Стражники его сохранят.

Темные ворота раскрылись. Путешественники цепочкой прошли мимо стражников. Они увидели широкую дорогу, выложенную большими плитами и ведущую на верх, к широким пролетам каменных ступеней. Много деревянных домов с темными дверями миновали они. Рядом с дорогой в каменном канале тек быстрый ручей с чистой водой, журча и всплескивая. Наконец они пришли на вершину холма. Здесь на зеленой террасе стояла платформа, из подножья которой вытекал ручей: источником его служило каменное изваяние лошадиной головы; под ней находился каменный бассейн, куда устремлялась вначале вода. Наверх вела широкая каменная лестница, на верху ее с обеих сторон были белые, высеченные из камня сидения. Здесь сидели другие стражники, положив на колени обнаженные мечи. Золотые волосы опускались им на плечи; солнце отражалось в больших щитах, ярко горели их длинные кольчуги; они казались выше обычных людей.

- Двери перед вами, - сказал стражник. - Я должен вернуться к своим обязанностям у ворот. Прощайте! И пусть повелитель Марки будет милостив к вам.

Он повернулся и быстро двинулся назад по дороге. Остальные поднялись по лестнице к высоким стражникам. Молча стояли они наверху, не произнося ни слова, пока Гэндальф не ступил на мощеную площадку над лестницей. Тут стражники неожиданно приветствовали путников на своем языке.

- Привет, пришельцы издалека! - сказали они и повернули мечи рукоятями к путникам в знак мира. Зеленые камни сверкнули в солнечном свете. Один из стражников выступил вперед и заговорил на общем языке.

- Я страж ворот Теодена, - сказал он. - И мое имя Гама. Я должен попросить вас сложить оружие, прежде чем вы войдете.

Леголас отдал ему в руки свой нож с серебряной рукоятью, лук и колчан.

- Берегите их, - сказал он, - потому что они из золотого леса и сама госпожа Галадриэль дала их мне.

Удивление промелькнуло в глазах человека, и он торопливо положил оружие к стене, как бы боясь притронуться к нему.

- Я обещаю вам, что ни один человек не притронется к нему.

Арагорн стоял в нерешительности.

- Я не хочу откладывать меч или доверять Андрил другому человеку, - сказал он.

- Такова воля Теодена, - сказал Гама.

- Я не уверен, что воля Теодена, сына Тенгела, пусть даже он повелитель Марки, должна возобладать над волей Арагорна, сына Арахорна, потомка Элендила.

- Это дом Теодена, а не Арагорна, даже если он король Гондора, - сказал Гама, быстро ступая к двери и преграждая путь. Меч в его руке теперь был обращен острием к путникам.

- Пустой разговор, - сказал Гэндальф. - требование Теодена беспочвенно, но бесполезно отказываться. У короля есть право требовать повиновения, разумен его приказ или неразумен.

- Верно, - сказал Арагорн, - и я выполнил бы приказ хозяина дома, будь это даже лесная хижина, если бы речь шла о другом мече, а не об Андриле.

- Каким бы ни было его название, - сказал Гама, - вы положите его, если не хотите в одиночку сражаться с воинами Эдораса.

- Не в одиночку! - сказал Гимли, трогая пальцем лезвие своего топора и мрачно глядя на стражника, как будто это было молодое дерево, которое Гимли задумал срубить топором. - Не в одиночку!

- Тише, тише! - сказал Гэндальф. - Мы же друзья. Или должны быть друзьями: если мы поссоримся, единственной наградой нам будет смех Мордора. У меня срочное дело. Вот по крайней мере мой меч, добрый Гама. Береги его. Он называется Глемдринг, и он сделан эльфами давным-давно. Позвольте же мне пройти. Идемте, Арагорн.

Арагорн медленно отстегнул меч и сам приложил его к стене.

- Здесь я оставлю его, - сказал он, - но советую вам не трогать его и никому не позволять его трогать. В этих эльфийских ножнах лежит меч, который был сломан и теперь сплавлен вновь. Тельчер первым изготовил его в древние времена. Смерть ждет любого человека, кроме потомка Элендила, обнажившего этот меч.

Стражник отступил назад на шаг и с изумлением посмотрел на Арагорна.

- Кажется, вы прилетели на крыльях песен из забытых дней, - сказал он. - Все будет, как вы говорите, господин.

- Ну, - сказал Гимли, - в компании Андрила мой топор может остаться здесь без стыда. - И он положил топор на пол. - а теперь ведите нас говорить с вашим хозяином.

Стражник стоял в нерешительности.

- Ваш посох, - обратился он к Гэндальфу. - Простите меня, но его тоже нужно оставить у двери.

- Глупость! - сказал Гэндальф. - Предусмотрительность - это одно, а невежливость - это совсем другое. Я стар. Если я не буду опираться на посох при ходьбе, мне придется сидеть здесь и ждать, пока Теоден сам не придет поговорить со мной.

Арагорн засмеялся.

- У каждого есть что-нибудь слишком дорогое, чтобы доверить это другому. Но неужели вы лишите старика его поддержки?

- Посох в руке колдуна может быть не просто опорой старости, - сказал Гама. Он с сомнением посмотрел на ясеневый посох, на который опирался Гэндальф. - Но в трудных случаях человек должен полагаться на свой рассудок. Я верю, что вы друзья и люди чести, у вас нет злых целей. Можете войти.

Охранники подняли тяжелый брус на двери и медленно повернули ее внутрь на петлях. Путники вошли. Внутри им показалось темно и тепло после чистого воздуха на холме. Зал был длинным, полным тени и полусвета; могучие столбы поддерживали очень высокий потолок. Тут и там яркие столбы солнечного света падали сквозь расположенные высоко в восточной стене окна. В башенке на крыше, через которую проходила тоненькая струйка дыма, было видно бледно голубое небо. Когда их глаза привыкли, путники увидели, что весь пол вымощен камнями множества цветов; извилистые руны и странные изображения видны были под ногами. Они увидели теперь, что столбы были покрыты богатой резьбой, тускло сверкавшей золотом. Множество шерстяных тканей висело на стенах, а по их широкому пространству двигались герои древних легенд, некоторые потускневшие от возраста. На одну из этих фигур падал солнечный свет - юноша на белом коне. Он дул в большой рог, и его желтые волосы развевались на ветру. Лошадь подняла голову, ее красные ноздри раздувались, как будто она ржала, учуяв воздух битвы. пенистая вода, зеленая и белая завивалась у ног юноши.

- Взгляните на Эорла Юного! - сказал Арагорн. - Так он ехал на битву на полях Келебранта с севера.

Четверо товарищей прошли вперед, мимо огня, ярко пылавшего в большом очаге в центре зала. Здесь они остановились. в дальнем конце зала, за очагом, у выходившей на север стены, был помост с тремя ступенями; посредине помоста стоял большой позолоченный трон. На нем сидел человек, настолько согбенный от возраста, что казался гномом; его волосы были белы и густы и большими прядями падали из-под тонкого золотого обруча, надетого на лоб. В центре лба сиял единственный белый бриллиант. Борода, как снег, лежала у него на коленях; но глаза его горели ярким светом, когда он взглянул на незнакомцев. Рядом с троном стояла одетая в белое женщина. У ног короля на ступенях сидел сморщенный человек с бледным мудрым лицом и тяжелыми веками, прикрывающими глаза.

Наступило молчание. Старик на троне не двигался. Наконец Гэндальф заговорил:

- Привет, Теоден, сын Тенгела! Я вернулся. Потому что надвигается буря, и все друзья должны собраться вместе, иначе их уничтожат поодиночке.

Старик медленно встал, тяжело опираясь на короткий черный посох с рукоятью из белой кости; и теперь путники увидели, что хотя он и согнут, он все еще был высок, а в юности должен был быть очень высоким и гордым.

- Приветствую вас, - сказал он, - если вы ждете приветствия. Но по правде говоря, сомнительно, чтобы вас встретили с радостью, мастер Гэндальф. Вы всегда были вестником горя. Беда следует за вами, как вороны. Я не хочу вас обманывать, когда я услышал, что Обгоняющий Тень вернулся без всадника, я обрадовался возвращению коня, но еще больше обрадовался отсутствию всадника; и когда Эомер принес известие о вашей гибели, я не горевал. Но новости издалека редко оказываются правдивыми. Вы пришли снова! И с вами придет еще худшее зло, чем раньше. Почему же я должен приветствовать вас, Гэндальф Ворон Бури! Ответьте мне.

Он снова медленно сел на трон.

- Вы говорите справедливо, повелитель, - сказал человек, сидящий на ступеньках помоста. - Не прошло и пяти дней, как пришло горькое известие о том, что Теодред, ваш сын, убит за западными болотами - ваша правая рука, второй маршал марки. У меня мало веры в Эомера. Мало людей осталось бы охранять ваши стены, если бы ему было позволено править. А теперь мы получили известие из Гондора, что на востоке зашевелился враг. И в такой час возвращается этот чужеземец. Почему в самом деле мы должны приветствовать вас, Мастер Ворон и Бури? Латополл назову я вас - приносящий плохие вести. И я уверен, что вы их принесли...

Он угрюмо засмеялся, поднял на мгновение свои тяжелые веки и взглянул на путников темными глазами.

- Вы считаетесь мудрецом, мой друг Змеиный Язык, и, несомненно, служите большой поддержкой своему хозяину, - мягко ответил Гэндальф. - Но двумя путями может прийти человек со злыми новостями. Он может быть создателем зла, но может также прийти, чтобы оказать помощь в трудную минуту.

- Это верно, - сказал Змеиный Язык, - но есть и третий тип: копающийся в костях, вмешивающийся в дела и горести других людей, питающийся мертвечиной и жиреющий во время войны. Какую помощь приносили вы нам, Ворон Бури! И какую принесли сейчас? Когда мы виделись в последний раз, мы помогли вам. Тогда мой повелитель предложил вам выбрать любую лошадь и уезжать, и в своей наглости вы выбрали Обгоняющего Тень. Мой повелитель был искренне опечален, но некоторые считали, что за избавление от вас это не слишком дорогая цена. Я думаю, что и на этот раз происходит то же самое: вы ищете помощи, а не предлагаете ее. Вы привели с собой людей? У вас есть лошади, мечи, копья? Это я называю помощью, в этом мы сейчас нуждаемся. Но кто эти, следующие за вами по пятам? Трое оборванных бродяг в сером, и вы из всех четверых больше всего похожи на нищего!

- Вежливость стала редкой гостьей в вашем зале, Теоден, сын Тенгела,

- вымолвил Гэндальф. - Разве вестник, пришедший от ворот, не сообщил имена моих товарищей? И редко какой повелитель Рохана принимал у себя таких гостей. Оружие лежащие у вашего порога, сильнее множества смертных людей, даже самых сильных. Сера их одежда, ибо изготовили ее эльфы, но она помогла им пройти через великие опасности к вашему залу.

- Значит, правда то, что сообщил Эомер: вы в союзе с колдунами из золотого леса? - спросил Змеиный Язык. - Неудивительно: там всегда плели сети зла.

Гимли шагнул вперед, но почувствовал, как рука Гэндальфа сжала его плечо, и замер, как камень.

Мало кто видел это -

Лориен, царство света.

Желты здесь деревьев листья,

Добры здесь жителей лица.

Чиста вода в Нимбертиле,

И эльфы живут здесь в мире.

Бела рука королевы,

И в царстве ее камень белый.

Земля это безупречна,

Ее красота бесконечна.

Так мягко пропел Гэндальф и неожиданно изменился. Отбросив в сторону изорванный плащ, он распрямился и больше не опирался на посох. Он заговорил ясным холодным голосом:

- Мудрый говорит лишь о том, что знает, Грима, сын Галмода, ты превратился в змею без разума. Поэтому молчи и держи свой раздвоенный язык за зубами. Я не для того прошел через огонь, и воду, и смерть, чтобы перебраниваться с ничтожеством.

Он поднял свой посох. Послышался удар грома. Солнечный свет погас в восточных окнах; в зале неожиданно стало темно, как ночью. Огонь в очаге погас, остались лишь тлеющие угли. только Гэндальф, белый и высокий, виден был перед почерневшим очагом.

Во тьме они услышали свистящий голос Змеиного Языка:

- Разве я не советовал вам, повелитель, отобрать у него посох? Этот дурак Гама предал нас.

Вспыхнуло пламя, как будто молния разорвала крышу. Затем наступила тишина. Змеиный Язык упал, закрыв лицо.

- Теперь, Теоден, сын Тенгела, будете ли вы слушать меня? - спросил Гэндальф. - Просите ли вы о помощи. - Он поднял посох и указал на высокое окно. Тьма в нем начала рассеиваться, через отверстие далеко и высоко видна стала полоска чистого неба. - Не все темно. Соберите мужество, Повелитель Марки! Лучшей помощи вам не найти. Я не даю советов отчаявшимся. Но вам хочу дать совет, я хочу сказать вам свои слова. Будете ли вы слушать? Они предназначены не для всех ушей. Я прошу вас выйти из своих дверей и взглянуть на мир. Слишком долго сидели вы в тени и верили лживым словам и дурным побуждениям.

Теоден медленно встал с трона. В зале слегка посветлело. Женщина стоявшая у трона, взяла короля под руку, и неверными шагами старик медленно спустился с помоста и пошел по залу. Змеиный Язык остался лежать на полу. Они подошли к дверям, и Гэндальф постучал в них.

- Откройте! - крикнул он. - Выходит Повелитель Марки!

Двери открылись, со свистом ворвался свежий воздух. На вершине холма гулял ветер.

- Отошлите охранников вниз, к подножью лестницы, - сказал Гэндальф. - и вы, леди, оставьте его ненадолго со мной. Я позабочусь о нем.

- Иди, Эовин, дочь сестры! - сказал старый король. - Время страха прошло.

Женщина повернулась и медленно вошла в дом. Проходя в дверь она оглянулась. Серьезным и задумчивым был ее взгляд, когда она с холодной жалостью смотрела на старого короля. Прекрасно было ее лицо, а длинные волосы подобны реке из золота. Стройна и высока была она в своем белом платье, вышитом серебром. Но, дочь королей, она казалась сильной и твердой, как сталь. Так впервые в полном свете дня Арагорн увидел Эовин, госпожу Рохана, и подумал, что она прекрасна, прекрасна и холодна, как бледное весенне утро. И она неожиданно осознала его присутствие - высокий потомок королей, умудренный многими зимами, одетый в серый плащ и таящий в себе скрытую силу. На мгновение она застыла, как камень, потом повернулась и быстро ушла.

- Теперь повелитель, - сказал Гэндальф, - взгляните на свою землю! Вновь вдохните свежий воздух!

С порога на вершине высокой террасы они видели за ручьем зеленые поля Рохана, теряющиеся в отдалении в серой дымке. Занавеси переносимого ветром дождя опускались вниз. Небо над головой и к западу было темным и грозовым, далеко среди вершин скрытых холмов сверкали молнии. Но подул северный ветер, и буря, пришедшая с востока, постепенно уходила к югу, к морю. Неожиданно в просвете облаков показалось солнце. Падающие струи сверкали, как серебро, а далеко, как гладкое стекло, блестела река.

- Здесь не так темно, - сказал Теоден.

- Да, - согласился Гэндальф, - и годы не так уж тяжело легли на ваши плечи, как некоторые хотели заставить вас думать. И отбросьте свой посох.

Черный посох выпал из руки короля и со звоном ударился о камень. Король распрямился, медленно, как человек, тело которого онемело от долгой утомительной работы. Высокий и стройный, стоял он, и глаза его стали голубыми, когда он взглянул на чистое небо.

- Темными были мои сны в последние годы, - сказал он, - но я чувствую, что проснулся. Жаль, что вы не пришли раньше, Гэндальф. Боюсь, что вы пришли слишком поздно и увидите лишь последние дни моего дома. Недолго осталось стоять высокому залу, построенному Брого, сыном Эорла. Огонь поглотит высокий трон. Что можно сделать?

- Многое, - ответил Гэндальф. - Но в начале пошлите за Эомером. Правильно ли я догадался, что вы держите его в заключении по совету Гримы, заслуживающего свое прозвище Змеиный Язык?

- Это верно, - сказал Теоден. - Он противился моим приказам и угрожал Гриме смертью в моем зале.

- Человек может любить вас и в то же время не любить Змеиного Языка и его советы, - заметил Гэндальф.

- Может быть. Я поступлю так, как вы говорите. Позовите ко мне Гаму. Он проявил себя как плохой привратник, пусть он будет гонцом. Виноватый приведет виновного на суд, - проговорил Теоден, и голос его был угрюм, но тут он взглянул на Гэндальфа и улыбнулся, и тут же много морщин на его лице разгладились и не появлялись больше.

Когда Гама, получив задание, ушел, Гэндальф отвел Теодена к высокому каменному сидению, а сам сел рядом на верхнюю ступеньку лестницы. Арагорн и его товарищи стояли поблизости.

- Нет времени рассказывать вам все, что вы должны услышать, - сказал Гэндальф. - но если надежда меня не обманывает, скоро придет время, когда я смогу говорить подробнее. смотрите! Вы в опасности, даже больше, чем навевал Змеиный Язык. Но теперь вы больше не спите. Вы живете. Гондор и Рохан не должны стоять порознь. Враг силен, но у нас есть надежда, о которой он не догадывается.

Теперь Гэндальф говорил быстро. Голос его был тихим и таинственным, и никто кроме короля, не мог слышать его слов. и по мере того, как он говорил, глаза Теодена начали сверкать; наконец он встал с сидения, распрямился во весь рост, рядом с ним стоял Гэндальф, и вместе они с высокого места смотрели на восток.

- Именно здесь, - сказал Гэндальф негромким, но ясным голосом, - лежит наша главная надеждам вам, где залег наш самый большой страх. Судьба все еще висит на волоске. Но если мы продержимся еще немного - у нас есть надежда.

Остальные тоже повернулись к востоку... Через многие лиги смотрели они туда, и надежда и страх боролись в их мыслях, устремленных туда, за темные горы, в землю тени. Где теперь хранитель Кольца? Какой тонкой в сущности была нить, на которой висела их судьба! Леголасу, с его далековидящими глазами, показалось, что он уловил что-то белое: где-то там солнце случайно коснулось вершины башни стражи. И где-то еще дальше, в бесконечной удаленности, поднимался крошечный язык пламени.

Теоден снова медленно сел, как будто усталость вновь стремилась овладеть им вопреки воле Гэндальфа. Он повернулся и посмотрел на свой большой дом.

- Увы! - сказал он. - Жаль, что мне выпали эти злые дни и пришлись на мою старость, вместо мира, которого я жажду. Увы, храбрый Боромир! Юные погибают, а старики живут...

Он уперся в колени сморщенными руками.

- Ваши пальцы скорее вспомнили бы о былой силе, если бы вы сжимали рукоять меча, - сказал Гэндальф.

Теоден встал и провел рукой по своему боку, но меч не висел у него на поясе.

- Куда Гама девал его? - пробормотал он.

- Возьмите этот, дорогой повелитель! - произнес ясный голос. - Он всегда на вашей службе.

Два человека быстро поднялись по ступеням и теперь стояли в нескольких шага от короля. Одним из них был Эомер. На голове его не было шлема, на груди-кольчуги, но в руке он держал обнаженный меч; поклонившись, он протянул его своему господину рукоятью вперед.

- Как это могло случиться? - строго спросил Теоден. Он повернулся к Эомеру, и люди с удивлением увидели, что стоит он гордо и прямо. Куда девался старик, которого они привыкли видеть согнутым в кресле или опирающимся на посох?

- Это сделал я, повелитель, - дрожа, ответил Гама. - Я понял, что Эомер должен быть освобожден. Такая радость была в моем сердце, что я, возможно, ошибся. Но так как он снова был свободен и он Маршал Марки, я принес ему его меч, как он просил меня.

- Чтобы положить его у ваших ног, мой повелитель, - добавил Эомер. Мгновение Теоден молча смотрел на склонившегося Эомера. никто не

двигался.

- Вы не возьмете меч? - спросил Гэндальф.

Теоден медленно протянул руку вперед. Когда его пальцы коснулись рукояти, то всем присутствующим показалось, что в его руку вернулись крепость и сила. Неожиданно он поднял лезвие и со свистом взмахнул им в воздухе. При этом он издал громкий крик. Голос его прозвучал ясно, когда он на языке Рохана призвал к оружию:

Вставайте, вставайте, всадники Теодена!

Темен восток, проснулись злые силы.

Пусть будут оседланы кони, трубите в рог!

Вперед, потомки Эорла!

Стража, услышав призыв, выбежала на лестницу. Воины с удивлением глядели на своего повелителя и затем, как один человек, обнажили свои мечи и склонили их к его ногам.

- Веди нас! - сказали они.

- Весту Теоден хол! - воскликнул Эомер. - какая радость видеть, что вы вновь стали самим собой. Никто больше никогда не скажет, что вы, Гэндальф, приносите горе!

- Возьми свой меч, Эомер, сын моей сестры! - сказал король. - Иди, Гама, и отыщи мой собственный меч! Грима хранил его. И приведи с собой Гриму. А теперь, Гэндальф, вы сказали, что дадите мне совет, если я выслушаю его. Каков же ваш совет?

- Вы уже выполнили его, - ответил Гэндальф. - Верьте Эомеру больше, чем человеку с кривым разумом! Отбросьте сожаления и страх. Возьмите дело в свои руки. Все, кто может ездить верхом, должны быть посланы на запад, как и советовал Эомер: мы вначале должны отразить угрозу Сарумана, пока есть время. Если это нам не удастся, мы погибли. Если мы одержим победу, тогда займемся другой задачей. Тем временем оставшиеся здесь женщины, дети и старики должны отправиться в убежища в горах. Готовы ли у вас такие убежища на случай злых дней? Пусть возьмут с собой продовольствие, но пусть не задерживаются и не берут с сбой никаких сокровищ, больших и маленьких. Ставка - их жизнь.

- Этот совет кажется мне теперь хорошим, - согласился Теоден. - Пусть весь мой народ будет готов! Но вы мои гости - верно вы сказали Гэндальф, что вежливость в моем доме поубавилась. Вы ехали всю ночь, а теперь уже кончается утро. Вы не спали, не ели. Сейчас будут готовы помещения для гостей: там вы отдохнете после еды.

- Нет, повелитель, - сказал Арагорн. - Не время сейчас отдыхать. Люди Рохана должны выступить сегодня, и мы - лук, меч и топор, поедем с ними. Мы принесли сюда свое оружие не для отдыха, повелитель Марки. И я пообещал Эомеру, что наши мечи будут сражаться рядом.

- Теперь у нас есть надежда на победу! - воскликнул Эомер.

- Надежда есть, - согласился Гэндальф. - Но Изенгард силен. И приближаются другие опасности. Не откладывайте, Теоден задуманное. Быстро ведите своих людей в крепость Дунхарроу в горах!

- Нет, Гэндальф, - возразил король. - Вы сами не знаете, как велико ваше умение излечивать. Я не сделаю так. Я сам поведу войско и паду в первых рядах если понадобится.

- Тогда даже поражение Рохана будет прославлено в песнях, - сказал Арагорн. А воины, стоявшие поблизости, гремя оружием закричали:

- Повелитель Марки поведет нас! Вперед, эорлинги!

- Но ваши люди не должны оставаться без охраны и руководства, - сказал Гэндальф. - Кто будет управлять ими вместо вас?

- Я подумал об этом, - сказал Теоден. - а вот и мой советник.

В этот момент из зала вышел Гама. За ним, ухватившись за двух других воинов, шел Грима Змеиный Язык. Лицо его было бледным. Глаза блестели в свете солнца. Гама поклонился и протянул Теодену длинный меч в ножнах, украшенных золотом и зелеными драгоценными камнями.

- Вот, повелитель, Херугрим, ваш древний меч, - сказал он. - Он лежал в сундуке Гримы. Он не хотел отдавать мне ключи. В сундуке много других вещей, которые люди считают потерянными.

- Ты лжешь, - сказал Змеиный Язык. - А этот меч твой хозяин сам отдал мне на хранение.

- А теперь он потребовал его обратно, - сказал Теоден. - Тебе это не нравится?

- Конечно, нет, повелитель, - ответил Змеиный Язык. - Я забочусь о вас и всех ваших делах как можно лучше. Не утомляйтесь, иначе вы дорого заплатите за эту вспышку. Пусть другие имеют дело с этими пришельцами. Ваша еда уже на столе. Не хотите ли пройти туда?

- Хочу, - сказал Теоден. - и пусть на тот же стол поставят еду для моих гостей. Войско выступает сегодня. Вышлите вперед вестников! Пусть созовут всех живущих поблизости. Пусть все, кто способен носить оружие, все, у кого есть лошадь, ждут у ворот до второго часа после полудня.

- Дорогой повелитель! - воскликнул Змеиный Язык. - этого я и опасался. Этот маг околдовал вас. И никто не останется охранять золотой зал ваших отцов и ваши сокровища? Никто не останется охранять Повелителя Марки?

- Если это и колдовство, - ответил Теоден, - оно кажется мне привлекательнее твоего шепота. Твое лечение чуть не заставило меня ходить на четвереньках, как животное. Нет, никто не останется, даже Грима. Грима поедет тоже. Иди! У тебя еще есть время очистить ржавчину со своего меча.

- Милосердия, повелитель! - завопил Змеиный Язык, опускаясь на землю.

- Пожалейте того, кто износился на вашей службе. Не отсылайте меня от себя! Я останусь с вами, когда все остальные предадут вас. Не отсылайте прочь своего верного Гриму!

- Мне тебя жаль, - сказал Теоден. - И я вовсе не отсылаю тебя от себя. Я иду на восток, с моими людьми. Прошу тебя идти со мной и доказать свою верность.

Змеиный Язык переводил взгляд с одного лица на другое. В его взгляде было выражение загнанного хищника, который ищет брешь в цепи своих врагов. Он облизал губы длинным бледным языком.

- Такое решение можно было ожидать от повелителя из дома Эорла, хотя он и стар, - сказал он. - Те, кто действительно любит его, разделили с ним годы его старости... Да, я вижу, что пришел слишком поздно. А другие, кого смерть моего повелителя огорчит меньше, переубедили его. Если я не могу помешать им, выслушайте меня напоследок, повелитель! Один из тех, кто знает вас и беспрекословно вам повинуется, должен остаться в Эдорасе. Поручите это верному слуге. Пусть ваш советник Грима сохранит здесь все до вашего возвращения - и, клянусь, мы можем его увидеть, хотя для мудрых надежда на это слабая.

Эомер засмеялся.

- А если эта просьба не избавит вас от участия в войне, благороднейший Змеиный Язык, - сказал он, - какое почетное поручение вы себе попросите? Тащить мешок с едой в горы - если кто-нибудь доверит его вам?

- Нет, Эомер, вы не вполне поняли мастера Змеиного Языка, - сказал Гэндальф, устремляя на того свой проницательный взгляд. - он храбр и хитер. Даже сейчас он ведет игру с опасностью. Он уже заставил меня потратить несколько часов моего драгоценного времени. - вниз, змея! - добавил он внезапно страшным голосом. - вниз, на живот! Давно ли купил тебя Саруман? Какая тебе обещана награда? Когда все будут мертвы, ты получишь свою часть сокровищ и женщину, которую пожелаешь. Давно ты уже смотришь на нее из-под прикрытых век и следишь за нею.

Эомер выхватил меч.

- Я знал это, - пробормотал он. - Из-за этого я хотел убить его, забыв закон этого зала. Но есть и другие причины...

Он сделал шаг вперед, но Гэндальф остановил его.

- Эовин сейчас в безопасности, - сказал он. - Но ты, Змеиный Язык, уже сделал, что мог, для своего истинного хозяина. Ты заслужил награду. Но Саруман склонен забывать свои обещания. Советую тебе быстро направиться к нему и напомнить о себе, пока он не забыл твоей верной службы.

- Ты лжешь, - сказал Змеиный Язык.

- Это слово слишком часто и легко выходит из твоих уст, - сказал Гэндальф. - Я не лгу. Смотрите, Теоден, на эту змею. Вы не можете ни взять его с собой, ни оставить его здесь. Лучше всего было бы его убить. Но когда-то он ведь был человеком и по-своему служил вам. Дайте ему лошадь, и пусть он немедленно уезжает, куда хочет. По его выбору вы сможете судить о нем.

- Ты слышал, Змеиный Язык? - спросил Теоден. - Вот тебе на выбор: либо ты отправляешься со мной на войну и пусть битва покажет, кто из нас прав, либо уходи, куда хочешь. Но в этом случае, если мы снова встретимся, я не буду таким милосердным.

Змеиный Язык медленно встал. Он посмотрел на всех полуприкрытыми глазами. Последним он взглянул в лицо Теодену и открыл рот, как бы собираясь что-то сказать. И тут он выдал себя. Руки его задвигались. Глаза засверкали. Такая злоба была в них, что люди отступили от него. Он оскалил зубы, потом со свистящим дыханием сплюнул под ноги королю, наклонившись на один бок, двинулся вниз по лестнице.

- За ним! - приказал Теоден. - Проследите за тем, что-бы он никому не причинил вреда, но самого его не задерживайте. Дайте ему лошадь, если он захочет.

- И если какая-нибудь понесет его, - добавил Эомер.

Один из стражников побежал вниз по лестнице. Другой подошел к источнику у подножья террасы и набрал в шлем воды. Ею он начисто вымыл камни, оскверненные ядовитым языком.

- А теперь, гости мои дорогие, идемте! - сказал Теоден. - Идемте и подкрепитесь, поскольку позволяет время.

Они прошли обратно в большой зал. В городе внизу слышались крики глашатаев и звуки боевых рогов. Король должен был выехать, как только жители города и живущие поблизости от него вооружаться и соберутся.

За королевский стол сели Эомер и четверо гостей, была здесь и леди Эовин. Они ели и пили торопливо. Все молчали, пока Теоден расспрашивал Гэндальфа о Сарумане.

- Кто может знать, как далеко зашло его предательство? - сказал Гэндальф. - Он не всегда был злым. Раньше я не сомневался в том, что он друг Рохана; и даже когда сердце его становилось холоднее, он считал вас полезными для себя. Но он уже давно замыслил вашу гибель, нося маску дружбы, пока он не подготовился. В эти годы задача Змеиного Языка была легкой, и все, что вы делали, быстро становилось известным в Изенгарде: ведь ваша земля открыта, и чужеземцы приходили и уходили из нее. А шепот Змеиного Языка звучал в ваших ушах, отравляя ваши мысли, охлаждая сердце, ослабляя мускулы; остальные видели это, но не могли ничего сделать, потому что вы не хотели с ним расстаться.

Но когда я бежал и предупредил вас, для тех, кто хотел видеть, маска была сорвана. После этого игра Змеиного Языка стала опасной, но он делал все, чтобы задержать вас, чтобы не дать вам собрать свои силы. Он действовал хитро: использовал слабости людей или раздувал их страхи, как подсказывали обстоятельства. Разве вы не помните, как он настойчиво советовал, чтобы ни один человек не был избавлен от охоты на диких гусей на севере, в то время как истинная опасность находилась на востоке? И он убедил вас запретить Эомеру преследовать вторгнувшихся орков. Если бы Эомер не нарушил приказ Змеиного Языка, высказанный вашими устами, орки уже достигли бы Изенгарда, приведя с собой пленников. Это, конечно, была бы не та добыча, которой больше всего жаждет Саруман, но это члены моего товарищества, участники тайного дела, о котором даже с вами, повелитель, я не могу говорить открыто. Страшно подумать, что пришлось бы им испытать и что мог бы узнать Саруман, нам на погибель!

- Я восхищен Эомером, - сказал Теоден. - Правдивое сердце может обладать упрямым языком.

- Скажите также, - заметил Гэндальф, - что для неверных глаз у правды искривленное лицо.

- Да, глаза мои были почти слепы, - согласился Теоден. - Но больше всего я восхищаюсь вами, мой дорогой гость. Вновь вы пришли ко мне вовремя. Я хочу наградить вас по вашему выбору. Назовите только что-либо принадлежащие мне. Я оговариваю только свой меч.

- Вовремя ли я пришел или нет, еще видно будет, - ответил Гэндальф. - Что касается подарка, повелитель, то я выберу то, что мне необходимо. Дайте мне Обгоняющего Тень! Он был дан мне на время. Но теперь я поеду на нем к большой опасности и не могу рисковать тем, что не принадлежит мне. К тому же нас связывает любовь.

- Ваш выбор хорош, - сказал Теоден, - и теперь я с радостью отдаю вам коня. Но это драгоценный дар. Нет коня, равного Обгоняющему Тень. В нем воплотились могучие кони прошлого. А вам, мои остальные гости, я предлагаю в подарок то, что можно найти в моем арсенале. Мечи вам не нужны, но у меня есть шлемы и кольчуги искусной работы, подарки моим предкам из Гондора. И выбирайте себе, что хотите, и пусть мои подарки хорошо послужат вам!

Принесли вооружение из королевского арсенала, и Арагорн и Леголас оделись в сверкающие кольчуги. Они выбрали себе также шлемы и круглые щиты; щиты были выложены золотом и усажены драгоценными камнями - зелеными, красными и белыми. Гэндальф не взял себе оружия, а Гимли не нуждался в кольчуге, потому что если бы и нашлась в кладовых Эдораса подходящая для его фигуры стальная рубашка, она все же не могла сравниться с его собственной, выкованной под горой на севере. Но он выбрал кожаную шапку с железными полосами, которая хорошо сидела на его круглой голове; маленький щит он тоже взял. На нем, белая на зеленом фоне, была изображена бегущая лошадь - герб дома Эорла.

- Пусть он верно служит вам, - сказал Теоден. - Он был сделан для меня в дни Тенгела, когда я был еще мальчиком.

Гимли поклонился.

- Я горд тем, Повелитель Марки, что буду носить вашу эмблему, - сказал он. - И я согласен скорее нести на себе лошадь, чем чтобы она несла меня. Собственные ноги нравятся мне больше. Но, может, я приду туда где смогу сражаться стоя.

- Очень может быть, - сказал Теоден.

Король встал и тут же к нему подошла Эовин с чашей.

- Яерту Теоден Дал! - сказала она. - Прими эту чашу и выпей в счастливый час. Да ждет тебя здоровье и удача во всех делах!

Король выпил вино, и Эовин предложила его другим гостям. Когда она остановилась перед Арагорном, она внезапно замолчала и посмотрела на него; глаза ее сверкали. Он взглянул на ее прекрасное лицо и улыбнулся. Когда он взял чашу, руки их соприкоснулись, и он заметил, что она задрожала от этого прикосновения.

- Будь здоров, Арагорн, сын Арахорна! - сказала она.

- Будь здорова, госпожа Рохана! - ответил он, но лицо его стало встревоженным, и он не улыбался.

Когда все выпили, король вышел из зала. У дверей его ждали стражники, стояли глашатаи; все военачальники и вожди, жившие в Эдорасе или поблизости, собрались тут же.

- Смотрите! Я отправляюсь в путь, и похоже что это будет мой последний поход, - сказал Теоден. - У меня нет детей. Теодред, мой сын, убит. Я назначаю Эомера, своего племянника, наследником. Если же никто из нас не вернется, выберите себе повелителя по своей воле. Но кому-то я сейчас должен доверить своих людей, кто-то должен править вместо меня. Что вы скажете?

Все молчали.

- Разве вы никого не назовете? В кого верят мои люди?

- В дом Эорла, - ответил Гама.

- Но я не могу оставить Эомера, - сказал король, - а он последний из этого дома.

- Я не называл Эомера, - ответил Гама. - И он не последний. Есть еще Эовин, дочь Эомунда, его сестра. Она бесстрашна, и у нее благородное сердце. Все любят ее. И пусть она будет повелительницей эорлингов, пока вы отсутствуете.

- Да будет так! - сказал Теоден. - Пусть глашатаи объявят народу, что их поведет леди Эовин.

Потом король сел в кресло перед дверьми и Эовин, поклонившись приняла от него меч и прекрасную кольчугу.

- Прощай, племянница! - сказал король. - Темен этот час, но, может быть, мы вернемся в золотой зал. В Дунхарроу можно обороняться очень долго, а если битва окончится нашим поражением, все, кто уцелеет, придут туда.

- Не говори так! - ответила она. - Каждый день до вашего возвращения будет для меня годом... - Но говоря это она смотрела на стоявшего поблизости Арагорна.

- Король вернется, - сказал Арагорн. - Не бойтесь! Наша судьба ждет нас не на западе, а на востоке.

Король в сопровождении Гэндальфа спустился по лестнице. Остальные шли поодаль. Когда они подошли к воротам, Арагорн оглянулся. Эовин одиноко стояла у входа в зал на вершине лестницы, меч был поставлен перед ней прямо, и ее руки лежали на его рукояти. Она была одета в кольчугу и сияла на солнце серебром.

Гимли шел рядом с Леголасом, положив топор на плечо.

- Ну, наконец-то мы выступаем, - сказал он. - Человеку нужно сказать много слов, прежде чем он начнет действовать. Топору беспокойно в моих руках. Я не сомневаюсь, что эти рохиррим умеют воевать. Но все же мне не нравится эта война. Как я доберусь до поля битвы? Я хочу идти, а не болтаться, как мешок, в седле Гэндальфа.

- Более безопасное сидение, чем многие другие, я думаю, - сказал Леголас. - Но, несомненно, Гэндальф высадит вас, когда начнется битва. Топор не оружие для всадника.

- А гном не всадник. Я буду рубить шеи оркам, а не брить головы людям, - сказал Гимли, перехватывая рукоять топора.

У ворот они увидели большое войско. Молодые и старые, все сидели в седлах. Собралось более тысячи воинов. Их копья были похожи на частый лес. Громко и радостно закричали они, когда вперед вышел Теоден. Подвели королевскую лошадь по кличке Снежная Грива и лошадей Арагорна и Леголаса. Гимли, хмурясь, стоял в нерешительности. К нему подошел Эомер, ведя свою лошадь.

- Приветствую вас, Гимли, сын Глоина! - воскликнул он. - У меня еще не было времени научится вежливым словам под вашей палкой, как вы обещали мне. Но не забыть ли нам нашу ссору? Я обещаю больше не говорить злых слов о госпоже леса.

- Я временно забуду свой гнев, Эомер, сын Эомунда, - сказал Гимли, - но если вы своими глазами увидите госпожу Галадриэль, то объявите ее Прекраснейшей, иначе наша дружба кончится.

- Да будет так! - сказал Эомер. - А пока простите меня, и в знак прощения я прошу вас ехать со мной. Гэндальф будет впереди с Повелителем Марки, но мой конь Файрфут понесет нас обоих.

- Спасибо, - ответил довольный Гимли. - Я с радостью поеду с вами, если Леголас, мой друг поедет рядом.

- Пусть будет по-вашему, - сказал Эомер. - Леголас слева от меня, Арагорн - справа и никто не осмелится противостоять нам.

- Где Обгоняющий Тень? - спросил Гэндальф.

- Бегает в поле, - ответили ему. - Он не подпускает к себе людей. Вот там, у брода, он, как тень, мелькает у ив.

Гэндальф свистнул и громко позвал коня. Тот издалека затряс головой и понесся к войску, как стрела.

- Так появился бы западный ветер, если бы он был видимым, - сказал Эомер, когда большой конь подскакал к колдуну.

- Подарок сделан, - сказал Теоден, - но слушайте все! Я называю своего гостя, Гэндальфа Серого странника, мудрейшего из советчиков и желаннейшего из всех чужеземцев, Повелителем Марки и вождем всех эорлингов и так будет, пока живет мой род. И я дарю ему Обгоняющего Тень, принца среди лошадей.

- Благодарю вас, король Теоден, - сказал Гэндальф. - Он неожиданно снял серый плащ, отбросил шляпу и прыгнул на спину коня. На нем не было ни шлема ни кольчуги. Снежно-белые волосы развевались по ветру, белая одежда ослепительно сияла на солнце.

- Смотрите на белого всадника! - воскликнул Арагорн, и все подхватили его слова.

- Наш король и белый всадник! - закричали они. - Вперед, эорлинги! Загремели трубы, заржали лошади. Копья ударились о щиты. Король

поднял руку, и с шумом, подобным неожиданному удару бури, войско Рохана двинулось на запад.

Далеко на равнине видела Эовин блеск их копий, одиноко стоя у входа в молчащий дворец.


admnstrativno-pravov-metodi-chast-6.html
admnstrativno-pravova-harakteristika-provadzhen-z-derzhavno-restrac-rechovih-prav-na-neruhome-majno-chast-3.html
admnstrativno-pravovij-status-gromadyanina-chast-5.html
admnstruvannya-ekologchnih-podatkv-i-platezhv-v-ukran-chast-10.html
admnstruvannya-ekologchnih-podatkv-i-platezhv-v-ukran-chast-5.html
adobe-captivate-obladaet-slaboj-interaktivnoj-sostavlyayushej-net-gotovih-shablonov-slajdov-luchshe-vsego-podhodit-dlya-obucheniya-kliknite-syuda-potom-syuda-obuchen.html
  • spur.bystrickaya.ru/konkursa-na-luchshee-sochinenie-glavnie-vibori-strani.html
  • teacher.bystrickaya.ru/gazeta-moskva-n014-2912009-piskunova-sofya-russkie-mashini-zabuksovali-v-dolgah.html
  • klass.bystrickaya.ru/500---dppr00-gosudarstvennij-obrazovatelnij-standart-visshego-professionalnogo-obrazovaniya-cpecialnost.html
  • abstract.bystrickaya.ru/27-shema-zvezda-formulirovka-trebovanij-k-razrabativaemomu-processu-35-2-aktivaciya-standartnih-info-obektov-sap-bw-37.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/gosudarstvennij-dolg-rossii.html
  • credit.bystrickaya.ru/pochtovij-i-yuridicheskij-adres-uchrezhdeniya-614077-permskij-kraj-gorod-perm-ulica-krupskoj-80.html
  • credit.bystrickaya.ru/pervaya-zheleznaya-zvezda-glava-vtoraya-epsilon-tukana.html
  • credit.bystrickaya.ru/on-yavizhu-vi-chitaete-voprosi-bez-otvetov-ona-da-chudesnaya-kniga-vi-chitali.html
  • bukva.bystrickaya.ru/rasshirenie-es-i-vzaimootnoshenie-s-rossiej-chast-2.html
  • esse.bystrickaya.ru/programma-seminara-stranica-19.html
  • write.bystrickaya.ru/flober-g-gospozha-bovari-provincialnie-nravi-stranica-7.html
  • books.bystrickaya.ru/bratya-nashi-menshie.html
  • zanyatie.bystrickaya.ru/obekt-prestupleniya-5.html
  • college.bystrickaya.ru/13-trebovaniya-k-predlozheniyam-o-cene-kontrakta-rekonstrukciya-kompleksa-obektov-biofabriki-dlya-obespecheniya-trebovanij.html
  • report.bystrickaya.ru/i-vserossijskaya-studencheskaya-nauchno-prakticheskaya-konferenciya-tehnologii-servisa-teoriya-i-praktika.html
  • testyi.bystrickaya.ru/andersen-h-snezhnaya-koroleva-gadkij-utyonok.html
  • knigi.bystrickaya.ru/s-kulinarnim-privetom-novie-izvestiya-ogandzhanyan-shagen-27012005-13-str-2.html
  • pisat.bystrickaya.ru/tainstvo-prichastiya-prognozno-analiticheskij-centr.html
  • shpora.bystrickaya.ru/vzhizni-kazhdogo-iz-vas-nastupaet-otvetstvennij-moment-vibora-budushej-professii-kotoroj-hochetsya-posvyatit-svoyu-deyatelnost-ihochetsya-bit-uverennim-chto-ona-pr-stranica-2.html
  • testyi.bystrickaya.ru/4-metodicheskie-ukazaniya-po-vipolneniyu-kursovoj-raboti-metodicheskie-ukazaniya-po-vipolneniyu-kursovoj-raboti-dlya.html
  • zadachi.bystrickaya.ru/sushnost-i-istoricheskij-opit-fizkulturnogo-obrazovaniya.html
  • desk.bystrickaya.ru/polozhenie-o-sisteme-podgotovki-kadrov-v-sportivnom-turizme-rossijskoj-federacii-stranica-7.html
  • grade.bystrickaya.ru/obrazovatelnaya-oblast-fizicheskaya-kultura-programma-doshkolnogo-obrazovaniya-municipalnogo-avtonomnogo-doshkolnogo.html
  • abstract.bystrickaya.ru/2-den-7-dekabrya-2007-g-programma-1-den-6-dekabrya-200.html
  • paragraf.bystrickaya.ru/ya-bi-razdelil-neskolko-platform-vo-pervih-obshenacionalnaya-rossiya-ili-sssr-nasha-strana-i-mi-ee-budem-zashishat-vsemi-silami-i-ot-fashistov-i-ot-demok-stranica-7.html
  • books.bystrickaya.ru/doklad-na-temu-otnoshenie-bogoizbrannogo-naroda-k-moiseevu-zakonu-v-posleplennij-period.html
  • spur.bystrickaya.ru/lekciya-4-politicheskie-rezhimi-kurs-lekcij-dlya-studentov-zaochnogo-i-ochno-zaochnogo-obrazovaniya-rpk-politehnik.html
  • learn.bystrickaya.ru/glava-tretya-dyorsli-uezzhayut-kakie-novosti-sprosil-tot-chto-bil-povishe.html
  • shpora.bystrickaya.ru/zhemchuzhinki-slez-i-verite-v-to-chto-rozhdenie-vashego-malisha-mozhet-bit-odnim-iz-samih-prekrasnih-i-schastlivih-sobitij.html
  • occupation.bystrickaya.ru/o-mire-kak-predstavlenii-kniga-pervaya.html
  • testyi.bystrickaya.ru/a-10-na-kakoj-iz-perechislennih-territorij-srednyaya-plotnost-naseleniya-naibolshaya-1-aravijskij-poluostrov-2-ostrov-islandiya-3-skandinavskij-poluostrov-4-poluostrov-indostan-a-11.html
  • klass.bystrickaya.ru/aa-kulikova-ai-yushko-sbornik-nauchnih-statej.html
  • thesis.bystrickaya.ru/programma-itogovogo-mezhdisciplinarnogo-gosudarstvennogo-ekzamena-po-specialnosti-specialnost-061100-menedzhment-organizacii-080507-65-po-okso-specializacii-investicionnij-menedzhment-moskva-2010-stranica-2.html
  • knowledge.bystrickaya.ru/modernizaciya-ekonomiki-i-ustojchivoe-razvitie.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/referat-dlya-sdachi-kandidatskogo-ekzamena-po-filosofii-bryansk-2003-32-s-filosofiya-prava-gegelya-1770-1831.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.